🤖Искусственный интеллект в суде: как «умные» документы приводят к реальным штрафам.

Почему нейросети пока не могут заменить юриста — и что говорят суды России и США?

Искусственный интеллект стремительно входит в повседневную работу юристов. ChatGPT, YandexGPT, GigaChat и десятки специализированных сервисов обещают ускорить подготовку документов, найти нужную практику и «написать идеальную жалобу за минуту». Соблазн велик: вместо часов кропотливого поиска — несколько секунд генерации текста. Однако за удобством скрывается серьёзный риск. Нейросети умеют уверенно выдумывать — phenomenon, который специалисты называют «галлюцинациями». ИИ генерирует правдоподобные, но несуществующие судебные акты, цитаты, показания свидетелей и даже целые процессуальные документы. И если юрист не проверил результат — отвечать придётся не машине, а ему самому. Два свежих дела — российское и американское — наглядно показывают, к чему приводит слепая вера в технологии.

В России Арбитражный суд Западно-Сибирского округа рассмотрел дело № А27-7831/2025 и вынес определение от 14 мая 2026 года, которое уже стало знаковым. ООО «ЦСС» выступало ответчиком в споре с ООО «Точка опоры». Истец требовал взыскать стоимость бухгалтерских услуг — 50 тыс. рублей — и проценты за пользование чужими денежными средствами. Суд первой инстанции удовлетворил иск частично, апелляция — в полном объёме. Ответчик не согласился и подал кассационную жалобу с просьбой отменить решения нижестоящих судов и направить дело на новое рассмотрение. Изучая жалобу, суд округа столкнулся с неожиданным: заявитель ссылался на судебную практику, которую невозможно идентифицировать по указанным реквизитам. В тексте фигурировали постановления Верховного Суда РФ, Высшего Арбитражного Суда РФ, акты Арбитражных судов Московского, Западно-Сибирского и Северо-Западного округов — с прямыми цитатами в подтверждение кассационных доводов. Проверка показала: часть судебных актов никогда не принималась, они попросту отсутствуют в общедоступных информационных ресурсах. Некоторые документы хоть и есть в КАД арбитр , но приняты при обстоятельствах, не имеющих ничего общего с рассматриваемым спором, и процитированных заявителем суждений в них нет. В судебном заседании представитель компании признал: такой практики не существует, просил не принимать её во внимание. Поздно.

Суд округа квалифицировал произошедшее как грубое нарушение и назначил судебный штраф. Логика такая. Уважительное отношение к закону и суду закреплено в п. 5 ст. 2 АПК РФ, добросовестность участников — в ч. 2 ст. 41 АПК РФ. Верховный Суд РФ в п. 1 Постановления Пленума № 25 от 23.06.2015 разъяснил: добросовестное поведение — это ожидаемое поведение нормального, разумного участника гражданских правоотношений при аналогичных обстоятельствах. Суды приветствуют, когда участник проявляет осмотрительность и заботливость в проверке и раскрытии информации — и даже превосходит уровень обычной коммерческой честности. Недобросовестное процессуальное поведение расценивается как злоупотребление правом и недопустимо. Когда лицо искажает юридически значимую информацию, скрывает её или извлекает преимущества из непоследовательного поведения, это влечёт отказ в защите права. Любые обманные действия и намеренное введение суда в заблуждение — проявление неуважения к правосудию. Суд подчеркнул: компания не отозвала жалобу и не заявила о несоответствии её содержания своей воле. До момента, пока суд не обнаружил недостоверные ссылки и не запросил объяснения, общество рассчитывало на результативность обмана. Ключевой вывод: подготовка кассационной жалобы с помощью технологий искусственного интеллекта не является оправданием. Ответственность за достоверность сгенерированного текста несёт лицо, участвующее в деле (ч. 2 ст. 9 АПК РФ). Действия заявителя квалифицированы как проявление неуважения к суду, что влечёт наложение судебного штрафа по ч. 5 ст. 119 АПК РФ. Размер — 50 000 рублей.

По другую сторону океана разворачивалась не менее показательная история. Верховный суд штата Нью-Мексико рассматривал дело адвоката Стивена Ааронса. Частный защитник из Санта-Фе взялся за апелляцию по делу Оскара Рене Сандовала, осуждённого за убийство матери своих детей и приговорённого к пожизненному заключению. Сандовал вину не признал. Адвокат использовал ChatGPT для обобщения материалов судебного разбирательства. По его словам, он загрузил в нейросеть сгенерированную компьютером стенограмму и другие материалы дела, полагая, что ИИ составит «безупречное резюме». Результат оказался катастрофическим: в основной апелляционной жалобе появились вымышленные сведения — в частности, показания полицейских и несуществующих свидетелей. Среди «фактов» оказалось даже утверждение о том, что стрелявший был одет в тёмные брюки и белую рубашку. Верховный суд штата обязал Ааронса объяснить, каким образом в жалобу попали вымышленные сведения. Адвокат заявил, что не осознавал, в какой степени ИИ способен «галлюцинировать», выдумывая факты. Верховный суд Нью-Мексико оштрафовал адвоката на $5 000 и признал его виновным в неуважении к суду за не проверку достоверности поданного документа. Суд отметил, что Ааронс «не проявил раскаяния и не продемонстрировал заботы о своём клиенте».

Оба дела объединяет одно: суды не спрашивают, кто написал документ — ChatGPT или человек. Они спрашивают с того, кто его подписал.

Несмотря на различия в правовых системах, и российский арбитраж, и американский суд пришли к единой позиции — ИИ можно использовать, но ответственность за достоверность несёт человек.

Что это значит для практикующего юриста? Прежде всего — проверять каждую ссылку вручную. Реквизиты судебных актов, номера дел, даты, цитаты — всё это нужно сверять по официальным источникам: КАД, КонсультантПлюс, Гарант, сайты судов. Нужно осознавать масштаб «галлюцинаций» — ИИ может выдумать не только судебный акт, но и свидетеля, и обстоятельство, и целую правовую позицию. Если ошибка обнаружена — документ нужно отзывать, а не надеяться на удачу.

И главное: ИИ стоит использовать как черновик, а не как финал. Пусть нейросеть генерирует структуру, формулировки, идеи — но факты и ссылки остаются зоной ответственности юриста. Нейросети прочно вошли в юридическую работу — и это нормально. Они экономят время, помогают структурировать мысли, генерируют идеи. Ненормально — перекладывать на них ответственность за достоверность. Потому что отвечать будете именно вы.